MↁDCII.
Уносил развесёлый ветер листки с подсказками;
Черновик надоедливой молнией в прах сожжён;
За бутылкой десятой засели суфлёры праздные;
А роман ненаписанный был поставлен на кон...
Ничего не страшно, когда мы бывали молоды,
И задумались крепко только слегка поседев.
Попытались фольгу поменять обратно на золото,
При отказе пока что приходим в ярость и гнев.






