CMLXXVII.
Мы видим — небо красным загорелось,
Потом — огнём охвачена земля,
И до плавленья сталь в огне согрелась,
А после — до нуля,
И чернотою стал весь мир окутан,
А капли стали — хрупкими, как лёд,
И так — в минуты,
А что могли мы сделать в тот черёд?






